Студия современного психоанализа Голеневой Л.В.

с 10:00 до 22:00
Ежедневно

г.Москва м.Новослободская,
ул.Селезневская, д.11а с.2

Образ матери в искусстве и творчестве художников

Образ матери в искусстве. Образ матери в живописи. Взгляды психоанализа на творческие процессы, лежащие в основе создания художественного произведения (Мелани Кляйн).


От хаоса к гармонии

Любой процесс творчества - это своего рода перевод некоторого объекта из хаотичного состояния к состоянию гармонии. Художником движет стремление к идеальному образу, рождаемому в его фантазийном мире. Все либидинозные желания, побуждения, внутренняя энергия направляются в едином порыве, концентрируясь в определенном фокусе видения художника. Таким образом, в искусстве творец биологическое поднимает до духовного.

Искусство предоставляет возможность изживать противоречия, страсти, не нашедшие себе выхода в обычной жизни. Поведение человека есть процесс уравновешивания организма со средой. Л.С.Выготский в своей работе «Психология искусства» писал:

«Чем проще и элементарнее наши отношения со средой, тем элементарнее протекает наше поведение. Чем сложнее и тоньше становится взаимодействие организма и среды, тем зигзагообразнее и запутаннее становятся процессы уравновешивания. Никогда нельзя допустить, чтобы это уравновешивание совершалось до конца гармонически и гладко, всегда будут известные колебания нашего баланса, всегда будет известный перевес на стороне среды или на стороне организма. Всегда есть такие возбуждения энергии, которые не могут найти себе выход в полезной работе.

Тогда возникает необходимость в том, чтобы время от времени разряжать не пошедшую в дело энергию, давать ей свободный выход, чтобы уравновешивать наш баланс с миром. Плюсы и минусы нашего баланса, эти разряды и траты не пошедшей в дело энергии и принадлежат к биологической функции искусства».


Настроение жизни

Для ребенка навыки уравновешивания со средой, а также способность органической адаптации к обстоятельствам в рамках реакции определенного типа формирует мать, именно поэтому материнский образ оказывает столь глубокое и сильное воздействие на формирование индивидуальности человека. Мать участвует в формировании образа мышления ребенка, обучает его первичному ментальному моделированию жизненных ситуаций и проблем с тем, чтобы научиться с ними справляться.

По мнению М.Кляйн, развитие ребенка зависит от динамики двух фундаментов его психики - зависти и благодарности. «Зависть - это чувство гнева, которое испытывает субъект, опасаясь, что кто-то другой воспользуется и насладится чем-то желанным для него самого».

Если образ матери вызывает чувство благополучия, то он идентифицируется как «хорошая мать» (хорошая грудь), в случае возникновения беспокойства и тревоги формирующийся комплекс реакций запечатлевается как «плохая мать» (плохая грудь). Ребенок начинает расщеплять мир с тем, чтобы отвергнуть ненавидимую им плохую грудь и сохранить хорошую грудь. Это расщепление М.Кляйн назвала шизоидно-параноидной позицией. Необходимо отметить, что это состояние является важным шагом в развитии младенца.

По мере развития ребенка, он начинает понимать, что хорошие и плохие части принадлежат одному и тому же лицу - его матери. С этого момента начинается переход к депрессивной позиции, на которой воссоздается целостный, интегрированный образ матери. Для этой позиции характерно ощущение вины и тревоги, связанной с виной. Выход из этого мучительного состояния, согласно М.Кляйн, в репарации, т.е. желании возместить ущерб, нанесенный образу матери в собственной фантазии ребенка. Стремление к репарации определяет чувство благодарности, лежащее в основе творческих актов. Зависть же является деструктором, блокирующим любые творческие проявления.

Чувство благодарности дает способность проявлять собственную щедрость, доброту, стремление к творчеству как акту отдачи самого себя.

С точки зрения психоанализа, первичная психика неуничтожима, и взрослый человек несет в себе и инфантильную часть собственной природы. Поэтому на протяжении жизни человек постоянно осуществляет это движение от шизоидно-параноидной к депрессивной позиции, характеризующиеся сменой состояния расщепленности, упадка и хаоса состоянием интегрированности и желанием возместить ущерб, т.е. творческой поисковой активностью. Эти переходы лежат в основе движений души художника, направляя его поиски и заставляя совершать выборы художественного объекта.


Источник творчества

Итак, в основе креативности и творческих актов лежат фантазии, продуцируемые чувством неудовлетворенности и боли. Посредством фантазии человек проигрывает недоступные в реальной жизни желания и потребности. И в этом смысле творчество предоставляет человеку возможность материализовать свои фантазии, высвобождая бессознательные влечения, это возможность пережить то состояние души, которое в символическом виде изображает художник. Это не является действительностью в полном смысле этого слова, но для художника - это возможность трансформировать свои аффективные переживания в оформленные и культурные образы.

Уже на самых ранних этапах развития младенец ищет символы с тем, чтобы освободиться от болезненного опыта и переживаний. Конфликты и преследования, переживаемые ребенком, связанные с первичным объектом (его матерью), способствуют поиску новых бесконфликтных форм отношений с заменой объектов. В роли этой замены и выступают символы.

Тревога и способ ее разрешения влияет на развитие индивида, и она способна стимулировать творческий процесс, побуждать к творческим достижениям. Сопутствующий разрешению тревоги процесс симоволообразования является основой процесса сублимации. Это развивает фантазию жизни. В создаваемом символическом пространстве человек способен выразить свою тревогу и агрессию.


Символизация в основе творческих процессов - от "сомы" к "психе"

Объект желания может быть заменен символом. Только то, что репрессировано, может стать символом, то, что травмировало человека, становится побудителем к творческому акту. И, таким образом, фантазии и мечты, проистекая из этого источника, становятся символическими образованиями и находят свое выражение в искусстве и интеллектуальных достижениях человека.

В основе искусства лежат бессознательные и вытесненные влечения и желания, конфликтующие с установленными моральными и культурными нормами. При помощи искусства можно достигать желаемого без нарушения установленных норм и правил, и поэтому искусство дает возможность разрешения внутреннего конфликта, удовлетворения запретного или недоступного в силу тех или иных причин желания.

Человеческое развитие - это переход из мира телесного удовлетворения в мир символов и символического удовлетворения. Таким образом, совершается постепенный переход из тела в символический мир зрелой психики. Символы являются неотъемлемыми от переживания частей тела, это способность, данная человеку от рождения.

Человек живет не в одном мире, но в двух - во внутреннем мире своей психики и во внешнем окружающем нас мире. Внутренние объекты человеком переживаются как конкретные, реальные, находящиеся внутри Эго. Они отличны от образов и репрезентаций, которые в нашем восприятии сохраняют в себе качество эфемерности, внутренние объекты ощущаются как то, что составляет субстанцию тела и души.

Основные процессы, регулирующие внешние и внутренние факторы жизни - интроекция и проекция. Эти механизмы уходят корнями в детство, но они продолжают свое регулирующее воздействие и во взрослой жизни человека. На ранних этапах развития младенца неприятные ощущения психически представлены как отношения с «плохим объектом». «Плохой объект» существует благодаря фантазии проецирования, а благодаря фантазии интроекции так называемый «хороший объект» становится внутренним фактором.

На этом этапе жизни фантазия связана исключительно с телесными ощущениями. На более поздних этапах фантазия все меньше становится связанной с телесными ощущениями, и способна перемещаться в пространстве. Делается шаг от идентификации к символообразованию, этот процесс позволяет либидо сместиться на другие объекты и виды деятельности инстинктов самосохранения, изначально не обладающих приносящим удовольствие тоном.


Драма сепарации в основе фантазий художника

Термин проекция впервые введен в психоанализ Фрейдом. В своих наблюдениях Мелани Кляйн развивает некоторые идеи Фрейда относительно этой формы защиты. Фрейд описывал, как идеи одного человека приписываются кому-то другому. Он считал, что первоначальные отношения психики с миром строятся по линиям проекции и интроекции: плохое проецируется вовне, хорошее присваивается психикой.

Согласно Фрейду, таким образом формируется ощущение реальности. Первым отношением к миру здесь является агрессивное отношение (выталкивание вовне).

Нововведением Мелани Кляйн является описание интерсубъективного компонента данного процесса. Изначально внешним миром для младенца является мать - ее тело и психика, поэтому она и становится адресатом проекций.

Мать кормит тело ребенка пищей, а душу нежной заботой, обеспечивая малышу психологический отдых, эмоциональный комфорт, мир и гармонию. Она является посредником между детским сознанием с его знакомым домашним мирком и беспокоящим внешним миром опасных вещей и незнакомых или враждебных людей. Материнское кормление, забота и ласка смягчают чувство страха, возникающее от изоляции сначала органической и физической, связанной с фактом рождения, позже психологической, связанной с необходимостью сепарации.

Происходит психологическое отделение от материнской души, сепарация, разрушение первичного мы, т.е. чувства отождествления матери и ребенка. И это психическое отделение становится самым важным кризисом на психологическом уровне. Именно эта драма, запечатленная в глубинных слоях памяти и психического опыта, проигрывается в бесчисленных вариациях в творчестве художников.

Ребенок живет в атмосфере, которую родители создают через взаимоотношения друг с другом. Образ отца для ребенка менее глубок. Его индивидуальность испытывает формирующее влияние характеристик и качеств сложившегося у него образа матери. Сознание ребенка растет посредством ассимиляции живых примеров из окружения, посредством имитации.

Британский психоаналитик У.Бион ввел термин «мечтающая мать» - это мать, которая способна воспринять тяжелые переживания младенца, его страх смерти, переработать их и дать ему успокоение.

Мать - ее тело и психика, является изначальной первореальностью, которая является адресатом всех первичных проекций ребенка. Все отщепленные части самости ребенок проецирует в образ матери. Она является первым объектом для осуществления механизма проективной идентификации - самого раннего защитного механизма психики младенца. Потому этот образ и содержит в себе так много для бессознательного, для активизации, как фантазийной деятельности, так и самого процесса мышления человека.

Осознание, что любовь и ненависть направлены на один и тот же объект - мать и ее тело, приводит к формированию депрессивной позиции и переживанию характерной для нее тревоге и чувству вины. Творец пытается возместить ущерб разрушительных фантазий, направленных на мать, преобразовывая свои фантазии, опыт и желания в новые системы символов, т.к. символизация является основой всех фантазий и сублимаций, а также лежит в основе отношений с внешним миром и действительностью. Подавленные желания художник выражает в символической форме, объект его желания заменяется символом.


Отказ от инфантильного всемогущества и депрессивная позиция

Итак, шаги в движении к распознаванию отдельного существования символов: отказ от всемогущих форм идентификации, которые отрицают отдельность; последующая скорбь об исчезнувших объектах, результатом чего должна стать переносимость их репрезентаций; растущее понимание внутренней реальности и внешней реальности и действительной идентичности объектов.

При достижении депрессивной позиции внутренний мир радикально трансформируется во внутренний мир символов, а также вербального мышления и отношений.

Мать предоставляет ребенку свой разум и свою психику в качестве аппарата для обдумывания мыслей, ребенок, обучаясь от матери, постепенно интериоризирует функции контейнера, изначально которые выполняла для него мать (альфа-функция по Биону). Так формируется аппарат мышления ребенка, который становится контейнером для его переживаний, фантазий, проекций.

Творчество представляет собой взаимодействие психических сил, где либидинозные влечения начинают преобладать над деструктивными. Противопоставление двух планов, противоборство, о котором писал Л.С.Выготский, рождает в человеке аффективное противоречие, которое побуждает его к тому, чтобы найти разрешение этому противоречию. Художник, движимый противоборством изнутри, осуществляет процесс экстернализации фантазийной деятельности, ищет символы, способные разрешить этот конфликт.

В этом процессе бессознательная фантазия представляет собой развертывание инстинктивных импульсов в психическом поле, а также попытки преодолеть конфликты и боль. В основе желания художника лежит бессознательное стремление к созданию более благоприятного психического мира, им осуществляется поиск новых объектов, способных символически заместить отсутствующие.

Достижение депрессивной позиции и способность развивать язык символов является определяющей для успешного действия, язык символов используется как прелюдия к действию.

Искусство есть необходимый разряд нервной энергии и сложный прием уравновешивания организма и среды в критические минуты нашего поведения. Только в критических точках нашего пути мы обращаемся к искусству, это позволяет понять, почему искусство раскрывается именно как творческий акт. Творческий акт преодоления сложного и мучительного чувства, его разрешения, победы над ним позволяет состояться искусству. В противном случае у творца ничего не выходит.


Образ матери в живописи

Если мы обратимся к произведениям конкретных художников, то сможем увидеть, насколько их творчество пронизано идеей поиска идеального женского образа. Возьмем ли мы средневековую живопись, живопись Возрождения, классицизм, более поздние направления, - образ женщины является ведущим для художника. Художник совершает внутренние превращения в этой творческой игре.

Излюбленный художниками образ Мадонны - это образ матери. Художник воссоздает образ матери на полотне, это попытка воссоединения с матерью, попытка проникнуть в потаенную глубину, переосмыслить непонятое и не осознанное в далеком детстве.

Глубокое чувство оставленности и заточения, свойственное параноидно-шизоидной позиции, заставляет искать утраченные объекты во внешнем мире, благодаря чему преодолевается ущербность, свойственная этой фазе. Образ Мадонны позволяет художнику интегрировать расщепленное Эго, и посредством образования символов художник решает эту сложную задачу.

Богини, женские мифологические и полумистические образы каждый художник живописует по-своему, иначе. Несмотря на каноническую подоплеку сюжетов и образов, в каждом произведении воображение художника вступает в силу, заполняя живописное пространство и формируя художественный образ в соответствии с внутренними движениями души, пережитым опытом и результатами собственных переосмыслений.

Один из канонических образов - Венера, идеал женской красоты и гармонии. Художник никогда не устанет искать этот идеал, воплощая его на своих полотнах. Спящая Венера, Венера перед зеркалом, Венера в окружении нимф и аллегорических образов - мы видим, что образ идеальной женщины трактуется каждым художником индивидуально.

У некоторых художников на полотно проникает мотив женского коварства, когда через образ женщины передается ощущение тревоги и предчувствия трагедии. Порой эти образы могут быть негативными и темными, омраченными страхом, чувством обиды или непонимания.

Отделение от матери выдвигает проблемы адаптации к физической и психической среде. Поставленный перед этими проблемами, ребенок смотрит на мать (или на того, кто занимает ее место) как на образец. Если образец оказывается неудовлетворительным или если он окружен страшными тенями, образ матери становится темным, что впоследствии может перерабатываться через соответствующую художественную символику.

Во всех этих многочисленных образах, вариациях женской ипостаси отражены отголоски детских переживаний, идеализаций или мистификаций образа матери, драматические переживания первичных объектных отношений. Кистью художника движет желание искать новые символы, способные преобразовать те психические содержания, во власти которых он находится, это отклик на странные и необъяснимые для ребенка перемены в настроении и отношении матери, происходящим по неизвестным для него обстоятельствам.