Студия современного психоанализа Голеневой Л.В.

с 10:00 до 22:00
Ежедневно

г.Москва м.Новослободская,
ул.Селезневская, д.11а с.2

Генри Эзриел - Концепция общего группового напряжения

Психоанализ - это приватный театр, на сцене которого, можно сыграть весь наш психический репертуар.

Джойс МакДугалл

Сегодня мне хотелось бы поговорить еще об одном пионере группового психоанализа – о психоаналитике Генри Эзриеле. Генри Эзриел получил медицинское образование в Вене, затем эмигрировал в Англию, чтобы работать вместе с У.Бионом в качестве консультанта-психиатра в Тавистокской клинике.

Эзриел был приверженцем теории объектных отношений, одним из последователей М.Кляйн. Но при этом он развивал свои собственные идеи, сопряженные с идеями Рональда Фейрберна и Гарри Гантрипа. В частности, он разработал свой метод психоаналитической групповой работы, который изложил в серии статей в середине 20 века. Обзору подхода Генри Эзриела к работе с группами и посвящена данная статья.

Метод Генри Эзриела фокусировался на таком понятии, как групповое напряжение, имеющее источник в бессознательных фантазиях участников группового действа. Групповое напряжение – центральный конструкт в его подходе. Эзриел рассматривал групповое напряжение как выражающееся в непосредственных взаимодействиях посредством трансферов участников группы к ведущему, между участниками, а также между участниками и группой.

Бессознательные фантазии – где же проходит граница между мной и другим?

Для понимания концепций Эзриела важны два определяющих момента в теории объектных отношений. Первый - это изначальное присутствие другого, и онтологическая направленность человека не к ослаблению напряжения или удовлетворению сексуального влечения, а к поиску другого и установлению удовлетворительных отношений (Фейрнберн), к переживанию чувства принятия.

А вторая идея связана с проблемой существования и взаимодействия двух миров - внутреннего и внешнего, и связанная с этим идея о психическом пространстве бессознательных фантазий. Это взгляд на психический мир как на мир, населенный внутренними объектами, которые вступают в определенные отношения друг с другом (Кляйн).

Инструментом же связей с другим, согласно теории объектных отношений, является проективная идентификация. Фрейд говорил о том, что наша психическая реальность развивается за счет того, что мы интроецируем этот мир в себя, а потом проецируем свои содержания в мир. Механизм проективной идентификации, сформулированный Кляйн, показывает неразрывность этого круга, что те чувства, которые я испытываю по отношению к другому, постоянно возвращаются ко мне как реальные отношения, как реальные действия и поступки, которые другой совершает по отношению ко мне.

Такой подход дает нам видение отношений, которые осуществляются как проникновение в другого или вмещение его в себя. Работая с группами, Эзриел наблюдал, как участники повторяют конфликты из своего прошлого посредством проективной идентификации. При этом происходит разыгрывание внутреннего конфликта в ситуации здесь и сейчас группы, когда другому участнику буквально навязывается та роль, которая соответствует внутренним объектным отношениям протагониста.

Следует отметить, что механизм проективной идентификации осуществляется бессознательно, участники общения не могут контролировать этот процесс. Результатом этого является невозможность различить – чье это переживание: мое собственное или другого человека. Это сомнение, порождающее бесконечные споры и выяснения между людьми… Проективная идентификация – и источник отношений и камень преткновения в общении между людьми.

Эзриел и организовывал материал работы группы в соответствии с этими представлениями. В действиях участников группового процесса он видит попытку избежать сложных переживаний и конфронтации с неосознаваемыми фантазиями, связанными с интернализованными плохими объектами и плохими частями себя.

Ключом его метода был так называемый треугольник конфликта – общего группового напряжения, возникающего от требуемого отношения, избегаемого отношения и опасения несчастья. Требуемое отношение - конформистское решение, направленное на избегание опасных столкновений и близости, здесь возникает вопрос – от чего защищаются участники? Требуемые (или желаемые) отношения устанавливаются для того, чтобы не включиться в избегаемые отношения, которые в бессознательной фантазии связываются с опасением несчастья. Опасение несчастья – это воображаемая катастрофа, связанная с близостью, с угрозой, с переживанием возможности потери или отвержения.

Мы начинаем разворачивать эту цепочку вглубь и вширь. Вглубь – двигаясь от требуемого отношения к тому, чего избегают члены группы, а дальше к страхам и фантазиям, которые порождают эти защиты. Мы двигаемся также и вширь – исследуя рисунок складывающихся взаимодействий, бессознательные театральные постановки, разворачивающиеся у нас перед глазами, где участники группы – и режиссеры-постановщики и актеры одновременно.

Согласно подходу Эзриела, цель работы ведущего в группе состоит в том, чтобы помочь каждому участнику раскрыть эту цепочку внутренних и внешних взаимосвязей, позволив прожить избегаемые отношения, тем самым высвободить внутренние интернализованные плохие объекты таким образом, чтобы внутренний конфликт, связанный с ними, мог быть разрешен.

Психологический театр – сценичность группового процесса

Использование метафоры сценичности группового процесса может оказаться очень продуктивным для понимания и расширения поля возможностей подхода Генри Эзриела.

Как и Уилфред Бион, Генри Эзриел определял группу как социальную единицу, и также, как и Бион, он уделял главное внимание структуре внутренних объектов. Но при этом работал с группой он совершенно по-другому, нежели Бион.

Если в подходе У.Биона мы имели дело с базовыми групповыми допущениями, т.е. общим ментальным настроением группы (базовое допущение как общий знаменатель группы), то в рамках концепции Эзриела мы имеем дело с реинсценированием в здесь и сейчас ранних объектных отношений участников группового процесса, кульминация которого заявляет себя в общем групповом напряжении.

Групповой процесс разворачивается следующим образом: каждый из участников привносит в групповую ситуацию свою историю ранних объектных отношений, а также конфигурацию внутренних частичных объектов. С помощью бессознательного механизма проективных идентификаций разыгрываются «карты», где каждому достается своя. Иначе говоря, происходит своего рода раздача ролей, а затем бессознательно выстраиваются групповые сцены в здесь и сейчас групповых коммуникаций. Таким образом организуется групповая ситуация - групповая сцена, в которой всем (участникам и ведущему) имплицитно предписывается своя роль. Общим же знаменателем всей группы является групповое напряжение.

Отчего же зависит ролевой репертуар? Чтобы это понять, мы можем представить механизм проективной идентификации, так сказать, в действии – это процесс, в результате которого мы не можем различить части себя и части другого. Каждый участник разделяет свои собственные содержания и аспекты – иллюзии, фантазии, части собственного Я, частичные объекты – с другими, фантазийно помещая себя в другого и тем самым принуждая его к определенной роли.

Другим участникам группы делегируются роли, которые соответствуют его собственным доминирующим бессознательным фантазиям. Другой принимает эту навязываемую ему роль, если она, в свою очередь, соответствует его доминирующей в текущей ситуации бессознательной фантазии. Роли распределены, и возникает замкнутое пространство – замкнутый круг, когда переживания отдельного участника, множась в других, возвращаются ему обратно. В этом смысле, можно сказать, что каждый участник невольно получает на группе прививку самим собой (но чем это отличается от обычной жизни?).

И тогда нам становится понятным и логичным подход Эзриела к группе как к целому, и то, почему он видит в проблеме группы проблему индивида.

«Мы можем здесь также исследовать ещё одну проблему: какой тип личности на какую особую роль выдвигается, в которой группа нуждается именно в этот момент из-за своей потребности в определённой групповой структуре. Мы можем изучать симпатию и антипатию, появляющуюся между определёнными членами группы, которым жёстко навязываются определённые групповые роли, а потому члены и вынуждены с ними идентифицироваться» (Эзриел, 1952).

Обсуждая проблему сценичности и группового ролевого репертуара, уместно проведение аналогии сценичности группового процесса с промежуточным пространством Дональда Винникотта, где внешнее (коммуникации участников группы как социальной единицы) максимально приближается к внутреннему (структура внутренних объектов индивидуального участника процесса). Вспомним переходный объект Винникотта, который является для ребенка и частью его самого, и частью внешнего мира. Эзриел видит задачу групповой работы в изменении внутренних объектов, чему и служит переходное пространство развития на группе.

Групповые сцены как переходная зона – пространство между внутренним и внешним мирами участников, между фактическим и фантазийным - промежуточная зона опыта. «Третья сторона жизни человеческого существа, которую невозможно игнорировать, - это промежуточная зона непосредственного опыта, и две другие зоны вносят свой вклад в существование третьей. Существование этой зоны не оспаривается, поскольку она не декларирует никаких функций, кроме того, что является «зоной отдыха» для индивида, вовлеченного в вечную задачу человека – сепарирование внутренней и внешней реальностей, которые взаимосвязаны» (Д.Винникотт, 2008).

Мы попадаем в ситуацию, когда субъективные процессы, происходящие во внутреннем мире индивида, могут быть исследованы и, мало того, буквально прожиты в переходном пространстве группового процесса здесь и сейчас, что для Эзриела представлялось основополагающим. «Одним из заблуждений является довольно живучее представление о том, что психоанализ является методом, который реконструирует уникальную историю жизни индивидуума… Я пытаюсь доказать обратное – а именно, что психоанализ является методом для изучения событий в ситуации Здесь и Сейчас» (Эзриел, 1952).

Таким образом, Эзриел уходит от анализа связей, имеющихся между актуальными бессознательными конфликтами пациента и его прошлым, и, в частности, связанным с его детскими переживаниями. И для него в центре внимания становится анализ переноса участников, проявляемого в канве непосредственной групповой коммуникации.

Продолжая двигаться в выбранном направлении, мы подошли к главному психоаналитическому конструкту, на который опирался Генри Эзриел, работая с группами – перенос.

«Мне кажется вполне логичным сделать ещё один шаг, расширяя гипотезу о переносе и весь материал рассматривать как материал переноса, и потому использовать его для интерпретации в ситуации Здесь-и-Сейчас. А это уже означает, что всё что говорит или делает пациент на сеансе, будь это движения, жесты, фантазии, сновидения, корректные воспоминания или даже осознанная ложь, можно рассматривать как специфический язык, применяющийся пациентом для того, чтобы выразить на сеансе свою потребность в специфическом отношении с психотерапевтом» (Эзриел, 1952).

Режиссура ситуации - Его величество Перенос

Соотношение проблематики сценичности и переноса, поиск возможных точек пересечения между ними – такой ракурс может навести нас на глубокие размышления и вывести к новым горизонтам понимания происходящего на терапии. Если в театральной постановке сюжет и роли предписаны сценарием, а сама фабула происходящего – идеей, замыслом автора пьесы, то в групповых сценах этот вопрос всегда остается открытым, и каждый групп аналитик сталкивается с этим на группах.

Хотя и в театральных постановках, находясь в границах пьесы – текста и ролевых установлений, актер или режиссер тем не менее привносят много чего своего, а при хорошей игре – последующий спектакль не повторяет уже сыгранные.

Как же быть с авторством в рамках психоаналитического пространства в групповых сценах? Возможно, будучи озадачены этим вопросом и двигаясь в глубь – мы придем к пониманию Биона; пойди мы вширь, как бы экспансируя нашу мысль – можем оказаться в матрицах Фукса.

Куда же двигался сам Эзриел? Как мы можем помыслить эту проблематику в рамках подхода Генри Эзриела и чем нас это обогатит в работе с группой?

Эзриела интересовал ближний круг – а именно, присутствующие, т.е. толкование переносов в разворачивающейся перед его глазами групповой коммуникации. Точкой отсчета для Эзриела было то, что он наблюдал на группе в данный конкретный момент. Он видел, что происходит неосознаваемое участниками реинсценирование прошлого, а также попытки с помощью проективной идентификации втянуть других в исполнение ролей, соответствующих структуре внутренних объектов. Эзриел трактовал наблюдаемое как попытки участников группового процесса воспроизвести определённые виды отношений с ведущим группы.

Задача ведущего – понять смысловые связи наблюдаемых инсценировок, обнаружить в этих сценах выражение внутренних переживаний и бессознательных конфликтов, всего вороха проблематики, которая может стоять за этим.

«Конфликты интересов в реальном внешнем мире и методы, применяемые индивидами и группами, чтобы их разрешить, мало чем отличаются от конфликтов с бессознательными объектами, которые можно наблюдать внутри конкретной личности или внутри терапевтической группы, в которой такие интерперсональные конфликты выражаются в межличностных отношениях» (Эзриел, 1952).

Итак, мы организуем ситуацию наблюдения, где бессознательные и сознательные взаимовлияния участников группового события находятся в центре нашего внимания. Тем самым мы даем возможность появлению фигур переноса, мы даем им пространство – и они появляются на сцене групповых интеракций.

Для Эзриела именно в переносе происходит своеобразное «сценическое представление» участников группы. Говоря словами Лоренцера, «мы дополняем классические модусы логического и психологического понимания третьим модусом - сценическим пониманием» (Лоренцер, 1970). Т.е. речь идет не о буквальном прочтении озвучиваемой участниками проблематики, и не о реконструкции событий из прошлого, чего обычно ожидают от психоанализа, а о сценичности пространства – как о возможности раскрыть потаенное и загадочное нечто о самом себе участнику, а также бессознательно выстраиваемых групповых сцен.

Каждый участник приходит со своим сценарием, и через перенос доносит свои потаенные истины. Диалог в групп-анализе осуществляется в многосторонних переносах и контрпереносах, участники таким образом выражают на сеансе свои потребности в отношениях.

Третий модус – сценическое понимание групп аналитической ситуации – дает нам шанс встретиться с переносом, который, в свою очередь, является организующей групповые сцены силой. Перенос – наш поводырь, ведущий из душных катакомб наружу, и наш режиссер, позволяющий сценам состояться, ведущему – понять происходящее, а участникам – открыться для действительных изменений. Вот как много всего организует для нас перенос!

«Даже сообщения пациента о своих отношениях с другими людьми в далёком прошлом и сейчас, могут пониматься как попытка втянуть психоаналитика в качестве активного участника в отношения, которые пациент поддерживает со своими бессознательными объектами (которые по-видимому представлены в ситуации здесь и сейчас) и их представителями во внешней реальности. Если бы такое расширение гипотезы о переносе могло оправдаться, тогда наши трудности с группой могли бы разрешиться, так как в психотерапевтических группах отсутствуют общие детские переживания, на которые мы могли бы опираться, интерпретируя перенос» (Эзриел, 1952).

Избегаемое и желаемое

Это не так уж и просто, как казалось бы – в терапевтической ситуации обнаружить – чего же хочет пациент. Во всяком случае, в групповой ситуации, которую описывает нам Эзриел.

Эзриел отталкивался от мысли, что за желанием вылечиться скрывается жизненно важная потребность, которую индивидуум не может удовлетворить. Эту потребность он связывал с бессознательной потребностью в определенных отношениях, это запрос на такие отношения, по которым человек, не осознавая этого, испытывает постоянный голод.

Наблюдая за действиями участников группового процесса, он выявил три вида объектных отношений.

Эзриел пишет об этом: «…то, которое участники группы желают сформировать внутри группы и прежде всего со мной, и которое я мог бы назвать необходимым.

…то, перед которым у них существует чувство, что во внешней реальности его необходимо избегать, как бы они его не жаждали.

…то, которое представляет собой катастрофу, которая, как в этом заранее убеждён пациент, незамедлительно последует, если он позволит себе отдаться своим тайным желаниям и вступит в эти избегаемые прежде объект-отношения. Такую убеждённость можно объяснить гипотезой о том, что эта катастрофа действительно наступает в психической реальности бессознательных фантазий пациента, в его внутреннем мире, где он пытается построить избегаемое в реальности отношение» (Эзриел, 1952).

Итак, три вида объектных отношений, с которыми мы встречаемся в групповой ситуации – требуемые (или желаемые), избегаемые (а фактически – желаемые) и ощущение несчастья (катастрофы). Причем желаемые отношения (необходимые или требуемые) при их внешней привлекательности, т.к. они обеспечивают нам чувство безопасности и позволяют сохранить приемлемые отношения с объектом, но, в действительности, эти отношения пусты и бесцветны, они не несут ничего участникам, кроме скрытого страдания и желания освободиться.

Мы сталкиваемся с ситуацией, когда внешне желаемое на поверку оказывается болезненным, сдерживающим фактором. Требуемые или желаемые отношения - это всего лишь конформистское решение, направленное на защиту от на самом деле желаемых отношений, но избегаемых при этом. И эта защита движима страхом перед воображаемой катастрофической связью. Таким образом, динамика отношений в группе детерминирована бессознательными защитными установками.

Избегаемые отношения – фактически же, желаемые. Т.е. мы имеем дело с перевертышем. Этот уход от желаемого совершается с целью защиты от мира отвергающих объектов и болезненных переживаний. Человек уходит от желаемых отношений, от близких, искренних и теплых контактов, помещая глубоко внутрь себя любящие части Я в целях защиты от непредсказуемого мира.

Требуемые (или желаемые) отношения помогают участникам защититься от неосознаваемых пугающих фантазий, связанных с миром внутренних объектов и с частичными ранними объектными отношениями.

В концепции Генри Эзриела, эти три вида объектных отношений называются троичная модель, или треугольник конфликта.

Итак, групповое напряжение возникает от избегаемого отношения, когда в процессе групповой динамики участники подходят к этому переживанию. Чтобы помочь участникам осознать происходящее и обнаружить эти защиты, фактически, от самих себя, ведущий толкует это групповое напряжение, но только лишь в рамках здесь и сейчас. В этом особенность подхода Эзриела.

В процессе групповой работы у участников актуализируются потребности в направлении  избегаемых отношений, поднимается накапливаемая годами неудовлетворенность, боль и связанная с ней агрессия, обостряется желание получить то, что до этого никто не смог дать.

Задача ведущего – выдержать этот натиск и помочь участникам группы все-таки раскрыться для избегаемых отношений, выразив свои подлинные чувства и желания. Групповая работа в этом ключе ведет к изменению репрезентаций внутренних объектов, к новым идентификациям. В результате этих процессов происходит трансформация плохих объектов.

Группа как целое – групповое напряжение

Групповое напряжение - центральный конструкт в концепции Эзриела. Посредством его мы можем видеть и понимать группу как целое, обнаруживать в проблеме группы проблему отдельного участника.

«Атмосфера в группе говорит об общем групповом напряжении - этот общий знаменатель доминирующих бессознательных фантазий всех членов группы фиксируется прежде всего через восприятие контрпереноса» (Эзриел, 1960/ 61).

В этом подходе ведущий группы становится фигурой, на которой пересекаются все чаяния, опасения, волнения, а также и гнев участников группового процесса. В такой ситуации для ведущего группы важно сохранять эмоциональную связь с участниками, открытость течениям, бурям и штормам групповых процессов. Тогда для ведущего и участников станет возможным приблизиться к искомому, к глубине, на которой разворачивается бессознательная проблема группы, когда становится возможным пережить травматический опыт прошлого (в т.ч. фантазийный), переживания разочарований, боли и неудач.

Следует отметить, что критика подхода Эзриела как раз и относилась к его позиции как ведущего. Речь шла о том, что такая позиция способствует формированию у участников группы образа всезнающего терапевта, ощущение, что отдельные участники игнорируются по сравнению с группой в целом, а также недостаточных вмешательств ведущего в групповой процесс.

Возможно это и так. Но, с одной стороны, критика говорит, что ведущего слишком много, с другой, что слишком мало. В игнорировании отдельных членов группы в сравнении с группой упрекают все подходы так называемого «психоанализа группы», к коему относится и концепция Эзриела.

Видимо, такие вопросы решаются индивидуально – кому-то окажется ближе подход «психоанализа в группе», как вариант индивидуального анализа, но в группе; кому-то по душе «психоанализ группой», где пытаются удержать баланс между индивидуальными и групповыми вмешательствами ведущего группы. А кому-то и «психоанализ группы» будет очень кстати, думаю, что в этом походе могут действовать свои особые феномены. К сожалению, исследований на этот предмет мы не имеем на сегодняшний день.

Думаю, что подход «психоанализ группы» способствует все-таки более глубоким регрессиям и работе на глубочайших уровнях, хотя и переживаемым коллективно, вместе со всеми, что облегчает это переживание, делает его посильным.

«Мы - слова одного предложения» - сказал Грегори ван дер Клей по поводу матрицы З.Фукса. Но, может быть, нечто похожее мы можем сказать и о концепте группового напряжения Эзриела, т.к. в таком контексте мы можем видеть проблему каждого участника группового процесса как выражаемую всей группой. В походе Эзриела группа предстает перед нами как единый организм, в котором переплетены желаемое и избегаемое, угрозы и опасения, внутренние объекты и бессознательные фантазии всех участников этого коллективного действа, что может вызывать сильные переживания и способствовать благотворным изменениям и трансформациям.

Голенева Лада - психолог психоаналитик, групп аналитик


(3.3)
Комментарии